casino siteleri
quixproc.com deneme bonusu veren siteler
porno
betticket
deneme bonusu veren siteler
royalbeto.com betwildw.com aalobet.com trendbet giriş megaparibet.com
en iyi casino siteleri
deneme bonusu veren siteler
deneme bonusu veren siteler casino siteleri
beylikduzu escort
Z-Library single login
deneme bonusu veren siteler deneme bonusu veren siteler
deneme bonusu

Олег Парфенов. Бабаевский и Солженицын

 Олег Парфенов. Бабаевский и Солженицын

Олег Парфенов

Бабаевский и Солженицын

Олег Парфенов беседует с доктором филологических наук, доцентом кафедры истории новейшей отечественной литературы Ставропольского государственного университета Александром Фокиным

 

 

— В середине 1950-х на волне «оттепели» в литературу Ставрополья пришло целое поколение поэтов и писателей — Вениамин Ащеулов, Александр Екимцев, Андрей Губин, Иван Кашпуров, Владимир Гнеушев, Витислав Ходарев, Ян Бернард, Вадим Чернов… Многие из них издавались в Москве и за рубежом, а ныне о них знают лишь студенты-филологи местных вузов. В чем причина забвения: естественный отбор, упадок нравственности, духовности? А может, мы просто вступили в эпоху, не оставляющую времени на чтение?

 

— Мы уже говорили, что забвение это вызвано было провалом в культуре, когда писателей лишили возможности публиковаться. «Литературное Ставрополье» не выходило с 1992-го по 2004 год, и этого оказалось достаточно, чтобы даже самые лучшие авторы были забыты. Журнал и сегодня днем с огнем не сыщешь, разве что в библиотеке.

Пройдитесь по книжным магазинам краевого центра, вы там не найдете произведений местных писателей — ни прошлого, ни настоящего. Кто ж их будет знать-то, если книги не издаются!

Сказался, конечно, и естественный отбор. В начале 90-х на прилавки хлынула масса до недавнего времени запрещенной литературы, которую расхватывали, как горячие пирожки.

Да, в этом книжном море были великолепные вещи, например Солженицын, Гранин, Рыбаков, писатели русской эмиграции. Но еще больше оказалось шелухи, которая пользовалась неимоверным спросом, — националистической литературы, всевозможных псевдонаучных «трудов», брошюр по магии, волшебству, колдовству.

— Самая загадочная, на мой взгляд, экспозиция музея — это «Два «берега» ставропольской литературы: Семен Бабаевский и Александр Солженицын». Семен Петрович Бабаевский – яркий представитель соцреализма, лауреат трех сталинских премий, писатель, обласканный властью. Иная жизненная и творческая судьба сложилась у Александра Исаевича Солженицына, которого та же власть подвергала жесточайшим репрессиям — отсидел в ГУЛАГе, был выслан из страны, долго не печатался на родине… Сегодня Солженицына учат в школе, по его книгам снимают фильмы. Но едва ли кто помнит Бабаевского. Почему были выбраны именно эти имена?

— Другой такой полярной пары в местной литературе, думаю, не найти. Солженицын как личность, как писатель, выражаясь его же словами, поднимался «из-под глыб» цензуры, уничтожающих всякое проявление свободы и совести. В итоге его книги выходят миллионными тиражами.

Бабаевский, как вы заметили, был при власти, его произведения тоже расходились в огромных количествах у нас и за границей. Но в перестроечные годы писатель оказался под «глыбами» собственных же книг, которые и близко не могли конкурировать с творениями Солженицына в правдивости бытописания советского человека.

Но я не хочу, чтобы у читателей сложилось мнение, будто Семен Бабаевский — бесталанный певец тоталитарной эпохи, поощряемый и вознесенный на литературный олимп за политическое приспособленчество.

Его творчество, поверьте, достойно уважения и внимания. К тому же многие из его вещей еще не исследованы и пылятся в Литературном музее Москвы — издавалось ведь только то, что подкрепляло линию партии.

— У вас не возникает ощущения, что нынешние политики используют имя Солженицына в корыстных интересах, повышая собственный рейтинг, — так же, как это в свое время проделывали с Бабаевским?

— Ощущение такое есть, и не только у меня, а у многих, с кем я общаюсь. Этому можно противиться, негодовать, но вот ведь какое дело: то, что сказано с трибуны, надежно оседает в нашем сознании!

Да, иногда политики спекулируют именем великого творца, но при этом его мысли только приобретают силу. Рано или поздно эти мысли будут подхвачены и наполнены практическим содержанием. Та же идея сбережения народа, высказанная Солженицыным, отчасти реализуется в проекте материнского капитала. Значит, был услышан пророк?!

Для России идеи Александра Исаевича особенно актуальны, ведь мы, говоря его языком, нация самоубийц. Испокон веков русские вели оборонительные войны, и главное для нас было отстоять свою землю, — несмотря на ужасающие потери!