casino siteleri
quixproc.com deneme bonusu veren siteler
porno
betticket
deneme bonusu veren siteler
deneme bonusu veren siteler
royalbeto.com betwildw.com aalobet.com trendbet giriş megaparibet.com
en iyi casino siteleri
deneme bonusu veren siteler
deneme bonusu veren siteler casino siteleri
casibom
deneme bonusu veren siteler
deneme bonusu veren siteler
beylikduzu escort
Z-Library single login

Умер отец Борис Михайлов

 Скачать


30 августа в Москве после продолжительной болезни скончался протоиерей Борис Михайлов, почетный настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Филях, кандидат искусствоведения, один из легендарных солженицынских помощников-«невидимок».

Борис Михайлов принимал участие в деятельности Русского общественного фонда помощи политзаключенным и их семьям, который был основан Александром Солженицыным.

«Он был надежный фондовец, передавал деньги от нас зэчьим семьям, страшно рискуя, при своих пяти детях», — вспоминает Наталия Дмитриевна Солженицына.

 

«Военный сирота, выпускник отделения искусствоведения исторического факультета МГУ, участник диссидентского движения. После крушения советской власти у папы началась вторая жизнь — он стал священником.

Иногда мы случайно узнавали, как он помогает ожоговому отделению детской больницы или сколько времени проводит в отделении спинно-мозговой травмы в районной взрослой больнице. На расспросы часто отвечал: “Мы молчим”», — написал его сын Кирилл.

 

А вот что пишет об отце Борисе Михайлове Александр Солженицын в книге «Бодался телёнок с дубом»:

«В декабре, ещё не публиковался “Архипелаг”, лекторы московского горкома КПСС (например Капица в Госплане) заявляли дословно: “Солженицыну мы долго ходить не дадим.” Эти обещания властей вполне совпадали с псевдо-бандитскими письмами, в которых добавлялись только череп и скрещенные кости. Вышел в свет “Архипелаг” — и любимый знак бандитов перешёл из анонимных писем на витрину союза художников, а угрозы убить — в телефонную атаку (“приговор приведём в исполнение!”). Эту телефонную атаку на мою семью — двух женщин и четырёх детей, хулигански вели агенты Госбезопасности в две смены — с 8 утра до 12 ночи, кроме суббот и воскресений, когда у них законные выходные.

А визгливая кампания газет направлена, собственно, не на меня: заполняй они бранью хоть целые полосы, они все вместе не испортят мне одного рабочего дня. Газетная кампания направлена против нашего народа, против нашего общества: оглушить, ошеломить, испугом и отвращением откинуть соотечественников от моей книги, затоптать в советских людях знание, если оно прорвётся через глушилки. Сыграть и на низких инстинктах — у Солженицына три автомашины, буржуй! — кто ж и где опровергнет всевластных лгунов, что никаких трёх машин нет и не было, а передвигаюсь двумя ногами да троллейбусом, как не унизится самый последний корреспондент ТАССа. Сыграть и на высоком возмущении: он оскверняет могилы павших в Отечественной войне! Через башни газетной лжи кто ж доберётся, что моя книга — совсем не об этой войне и не о двадцати миллионах наших павших, но о других шестидесяти миллионах, истреблённых войною внутренней за 40 лет, — замученных тайно, замороженных на безлюдьи, выморенных голодом целых республиках?

<…>

Научились люди, уже знают, зачем и когда так избыточно вопят. Притекает ко мне поддержка — в телефонных же звонках, в достигших письмах, записках от названных и неизвестных людей, —

“От уральцев. Всё понимаем. Так держать, браток!

Группа рабочих.”

Пишут одиночные протесты в газеты, предвидя все гибельные последствия для себя. Вот и публично выступили бесстрашные трое молодых — Борис Михайлов, Вадим Борисов, Евгений Барабанов (у каждого — малые дети), ничем не защищённые, кроме правоты. Быть может, раздавят и их и меня, но не раздавят правду, сколько б ещё знаменитых жалких имён ни подцепили к чёрному хороводу».

 

Из книги Александра Солженицына «Угодило зёрнышко промеж двух жерновов»:

«Эти героические помощники все названы в “Невидимках”. Итак, в Москву тайно привозились многозначные, многотысячные пачки советских трёпаных денег — и через посредников передавались распорядителю Фонда — им был Алик Гинзбург, до его ареста в начале 1977. (Вот это “посредническое” звено — чаще всего Ева, потом и Боря Михайлов — было остро опасным: советский подданный, “накрытый” в момент, когда взял от иностранца огромную сумму денег и ещё не раздал её, — мгновенно получил бы тяжёлую статью; а у Бори Михайлова пятеро детей…)».

 

Вечная память!